Коркинский суд 16 декабря завершил рассмотрение уголовного дела о стрельбе во время беспорядков на национальной почве. Николаю Казаченко назначили восемь с половиной лет строгого режима, Ивану Казаченко — десять лет. Обоих признали виновными в покушении на убийство, при этом один использовал нарезной карабин, другой — охотничье ружьё.
Суд установил, что вечером 24 октября 2024 года Николай Казаченко, находясь дома, произвёл три прицельных выстрела из нарезного карабина в толпу людей. В результате двое мужчин получили лёгкие ранения. В то же время Иван Казаченко из другого здания четырежды выстрелил по людям из охотничьего гладкоствольного ружья, но не попал ни в кого.
Обоим подсудимым предъявили обвинение в покушении на убийство, и оба не признали вину. Однако доводы защиты о действиях в состоянии необходимой обороны суд не принял.
«Как пояснили потерпевшие в судебном заседании, они были безоружны, — рассказали в пресс-службе суда. — Несмотря на то, что некоторые лица кидали в дом камни, покрышки, непосредственной угрозы для жизни и здоровья подсудимых и членов их семей не представляли. Так как у домов находились сотрудники правоохранительных органов, которые были в состоянии пресечь противоправные действия со стороны собравшихся у дома людей. Таким образом, подсудимые покушались на убийство потерпевших не в состоянии необходимой обороны, а на почве неприязненных отношений».
25 октября 2024 года Следственный комитет сообщил о задержании 58-летнего мужчины, открывшего огонь по людям во время погромов. По факту инцидента возбудили уголовное дело о покушении на убийство двух человек, что предусматривает до 15 лет лишения свободы. В результате стрельбы пострадали двое мужчин 29 и 37 лет.
Конфликт между жителями Коркино и цыганской диаспорой разгорелся после убийства 40-летней Елены Сарафановой, матери двоих детей. Её тело обнаружили утром 24 октября 2024 года в частном секторе на улице Ватутина. В тот же день правоохранители задержали двух подозреваемых, но вину доказали только 17-летнему подростку. Впоследствии суд приговорил его к 9 годам 10 месяцам колонии и обязал выплатить два миллиона рублей родным погибшей.
